— Благодарствуйте. — Я вынул купюру из бумажника и вручил ей. — Где я его найду?

— Войдите вон в ту дверь, — она мотнула головой в сторону оркестра, — позади помоста, вторая дверь налево в уборную барышни Марчант. Там вы и обнаружите Пейджа. Вот только жаль, что я никогда не узнаю, зачем кому-то может понадобиться такой хмырь!

Я заплатил ей за пойло, прикончил вторую порцию, затем вышел из-за стола. На второй двери налево была нарисована маленькая звездочка, что было несколько амбициозно для такой дыры, как “Закованный козел”, решил я. Но ведь мания величия у каждого проявляется по-своему. Я вежливо постучал, и хрипловатый женский голос попросил меня войти, что я и сделал. Комната была маленькая, но какая-то просторная. Джули Марчант сидела перед туалетным столиком и медленно расчесывала свои длинные темные волосы. Рядом с ней стоял высокий мускулистый парень, наверное, тот самый Пейдж. Ему было около сорока лет. Длинные темные волосы уже тронула седина. Картину дополнял заостренный нос и крепко сжатые тонкие губы. Полуприкрытые бледно-голубые, почти бесцветные глаза смотрели прямо на меня. Мне стало как-то не по себе, потому что на мгновение мне даже показалось, что он слепой.

— Мистер Пейдж? — сказал я как можно любезнее.

— Верно. — Голос его был резким, а тон — высокомерным: один из тех голосов, услышав который метрдотели бегут к посетителю бегом, не раздумывая.

— Я — Рик Холман, — вежливо представился я.

— Ну и что? — последовал ответ.

— Личный представитель Пола Ренека, — уточнил я.

— Вы об этом написали в записке, — столь же невозмутимо напомнил он.

Я намеренно переключил свое внимание с него на девушку:

— Мисс Марчант, мистер Ренек считает, что у вас как у певицы большое будущее. Нужно только вас надлежащим образом раскрутить. Он — самый талантливый импресарио в шоу-бизнесе и хочет, чтобы вы сделали карьеру, какую заслуживаете. Если согласитесь подписать с ним контракт, можете ставить свои условия.